Частная музыкальная школа: проблемы и решения

FlippingBook: Pages
[-]

Thema
[-]
Наше интервью  

Образование – одна из древнейших сфер человеческой деятельности. В процессе своего развития эта сфера претерпела немало изменений, но до недавнего времени слабо ассоциировалась с такими экономическими понятиями как прибыльность, рентабельность, конкуренция и т.п. Наш рассказ о том, что даже в этой казалось бы исключительно некоммерческой субстанции бывают счастливые совпадения, когда  душевная мотивация и финансовый успех комфортно уживаются друг с другом, обеспечивая их владельцу полное самообеспечение и уверенность в будущем. Итак, знакомтесь: Фортепьянная студия Татьяны Ворм-Завосской.

 

- Откуда вы родом, Таня?

 

- Из Узбекистана. Там же состоялась моя стартовая часть жизни: общеобразовательная школа, музыкальная школа и музыкальное училище в городе Термезе, всё закончила с отличием. Потом консерватория, которую я закончила тоже отлично. Получила квалификацию преподавателя по фортепьяно, концертного исполнителя, концертмейстера, концертно-камерного исполнителя и музыкального критика. Уехали мы с мужем из Ташкента в Германию, когда мне было 23 года, никакой практики у меня к тому времени не было.

 

- И сколько времени вы бездействовали после переезда в Германию?

 

- Такого периода практически не было. Меня еще в общежитии заметили, пригласили концертмейстером в хор. Была проблема с инструментом, но и его быстро нашли. Вообще в этом смысле мне повезло: я сразу попала в окружение и даже под опеку коренных немцев, которым была близка и моя профессия, и мои музыкальные данные, и мои карьерные устремления. Эти новые друзья помогли мне с внедрением в среду и даже с инструментом на первых порах. Сначала меня ввели в большой проект по исполнению реквиема Брамса в качестве концертмейстера, потом избрали стипендиаткой общества Рихарда Вагнера в Хайдельберге. Постепенно все это перешло в мое поступление в аспирантуру в Манхайме.

 

- О! То есть Вы доктор, можно сказать?

 

- Нет, у музыкантов иначе. Это у теоретиков степени и звания. А у исполнителей только при получении места преподавателя консерватории аспирантский стаж со временем позволяет получить звание профессора. У меня диплом об окончании аспирантуры (Aufbaustudium) и звание концертного исполнителя, которое дается не каждому.

 

- У нас-технарей в этом смысле проще: защитил диссертацию и пиши во всех бумагах титул "Doktor". А у вас получается, что вашей высокой квалификации никто не замечает…

 

- Почему? Замечают. Зрители и слушатели!... (смеется)

 

- А когда приступили к преподавательской деятельности?

 

- Тоже сразу, еще при жизни в общежитии. Сначала знакомые немцы попросили позаниматься с их ребенком. Потом еще-еще, так и пошло…

 

- А не вызывает ли такая работа у Вас со временем раздражение: попадаются ведь и неспособные, и просто тугодумы?

 

- Раздражение – никогда. Нас ведь этому учили: педагогике, преподаванию. А если ребенок открытый, увлеченный, да еще со способностями, то это очень интересно, такая работа доставляет удовольствие.

 

- Дети какого возрастного диапазона учатся у вас? Какой самый маленький и самый взрослый ребенок?

 

- Самому маленькому 4 годика. Самому большому… 78 лет!

 

- Ух ты… И много таких… взрослых детей у Вас?

 

- Нет, конечно. Это, скорее, исключение. Причем он занимается у меня уже 15 лет, завидное постоянство и терпение. В основном же наш контингент - это школьный возраст, от 4 лет и старше.

 

- Какая система обучения Вам ближе: немецкая или русская?

 

- Проблема как раз в том, что немецкой системы обучения музыке просто не существует. В этом беда музыкальной культуры страны в целом. Я все эти годы стараюсь внедрить элементы русской системы обучения, но к моим призывам немцы остаются глухи.

 

- А что Вы называете в данном случае системой обучения.

 

- Во-первых, под русской системой я понимаю все, что создано в этом смысле в бывшем Советском Союзе. Там с самого начала ребенок погружался в целостную музыкальную среду, которая включала собственно специальность (фортепьяно, скрипка или другой инструмент), а также сольфеджио, теорию музыки, музыкальную литературу и хор. Эти предметы распределялись в течение всей недели и взаимно дополняли, обогащали друг друга. Кроме того, была продуманная система экзаменов и публичных выступлений. Были подробные программы по годам и кварталам, какие именно произведения, упражнения, гаммы, этюды и т.п. нужно пройти в том или ином классе. Из музыкальной школы выходили музыкально образованные люди, а не просто любители, бряцующие по клавишам. В Германии же ничего подобного нет. Все преподаватели предоставлены сами себе. Нет четких планов, нет репертуарных программ для разных классов. Отсюда полная бессистемность, глубокие провалы в теории и практике и, как следствие, низкий средний исполнительский уровень после окончания музыкальной школы.

 

- Не слишком ли смелое утверждение?

 

- А Вы просто обратите внимание на минимальное количество немецких студентов-аспирантов при высших школах музыки. Или проанализируйте результаты престижных музыкальных конкурсов. Немцы-победители в них редкость. И посмотрите, сколько среди призеров детей и взрослых со славянскими корнями, а также китайцев и японцев. Причем, от такой системы… вернее, бессистемности, больше страдают сами дети.

 

- И в чем причина, что же делать?

 

- Причина банальна: финансирование государственных музыкальных школ осуществляется не на федеральном, а на местном коммунальном уровне. Как известно, на местах экономия бюджета всегда начинается с культурных программ.

 

- Значит, это не касается частных музыкальных школ типа вашей?

 

- Только косвенно: нередко немцев трудно убедить в необходимости двухразовых занятий в неделю и в увеличении общего количества образовательных часов включением смежных дисциплин. Это удается сделать только положительными примерами: наши дети выступают в различных международных и национальных конкурсах и каждый год у нас в среднем до 15 лауреатов.

 

- Все ученики занимаются в Вашей студии или Вы также ездите к ним на дом?

 

- Нет, все происходит у нас. Прежде всего это связано с качеством инструмента. У нас очень хорошие новые рояли. Очень важно, чтобы ребенок не боялся такого большого инструмента как рояль и на сцене, играя на таком инструменте, чувствовал себя уверенно.

 

- Сколько сейчас у Вас учеников?

 

- В настоящее время 50. Это, конечно, не только мои воспитанники. В нашей школе работает, кроме меня, еще трое преподавателей. Это Мария Львовна Кристиансен, прекрасный педагог Саратовской консерватории. Замечательный педагог по композиции Андрея Чоляни, она композитор, получила образование в Маннхайме, ее произведения нередко исполняются на концертах. Еще Сергей Александрович Королев. Сейчас мы планируем расширение, подобрали более просторное помещение, скоро переезжаем, наверняка придется расширять штат.

 

- Я был на вашем отчетном концерте в июне. Этот Королев – тот совсем юный мальчик? Мне показалось даже, что он один из учеников…

 

- Он совсем не мальчик, он хоть и молод, ему 25 лет, но он уже закончил с отличием академию Гнесина в Москве, сейчас учится в аспирантуре в Маннхайме.

 

- Все ваши коллеги живут поблизости от Вас?

 

- Все они живут в Маннхайме. Там тоже есть музыкальные школы, поэтому мне приятно, что они работают именно в моей школе.

 

- Правильно ли я понимаю, что успех любой частной школы напрямую зависит от количества учеников?

 

- В конечном итоге да. Но важно отметить, что в данном случае успех определяется прежде всего качеством преподавания. Именно высокий уровень преподавания обеспечивает класс школы и ее популярность среди потенциальных учеников. Специфика нашей студии такова, что мы стараемся набирать исключительно способных детей. К счастью, квалификация преподавателей нашей школы вполне достаточна для такой концепции.

 

- Получается, что общее количество желающих обучаться в Вашей студии гораздо больше тех 50 человек, которые у Вас фактически учатся?

 

- Да, конечно. И мы предупреждаем всех родителей, что готовим именно музыкантов. Для тех ребятишек, которые хотят просто научиться ноткам и игре на досуге, существуют студенты музыкальных вузов и другие возможности. Мы же занимаемся с одаренными детьми.

 

- Интересно… Ведь в Германии существует большое количество невостребованных преподавателей музыки, которые не знают, куда себя деть. Из Вашего рассказа следует, что все они могли бы пооткрывать школы как раз для обучения детей основам музыки исключительно для общей гуманитарной культуры, а не для профессиональной музыкальной карьеры?

 

- Тут очень важна все-таки специализация школы. Но в целом Вы правы. Проблема как раз в том, что в Германии музыкантам не преподают технологию и практику открытия собственной музыкальной школы. Кстати, не только в Германии, вообще нигде. Нет таких предметов, нет таких курсов. А очень жаль. Мне пришлось до всего доходить самой.

 

- Трудно было?

 

- Конечно. Приведу простейший пример. Мне долгое время было неудобно вообще говорить о деньгах. Я стеснялась называть, сколько стоит мое выступление, какова цена урока и т.п. Нас не научили себя преподносить, саморекламировать и тем самым добывать себе успех. Уже не говоря об элементарных предпринимательских навыках и простейших канонах мелкого бизнеса. И даже сейчас, когда у нас вроде все складывается, я постоянно учусь этому делу. Ведь нужна хорошая грамотная реклама, нужна вдумчивая работа не только с детьми, но и с их родителями. Очень важную роль играет помещение, инструменты.

 

- Мне знакома эта проблема: снимать сразу хорошее дорогостоящее помещение – есть риск, что дело не пойдет и останешься в убытке, а начинать бизнес со сбора учеников – есть возможность их растерять до того, как появятся условия для их обучения…

 

- Вот именно. Но мне повезло, что к окончанию аспирантуры у меня уже были ученики, так что необходимость их оформления как учеников студии возникла постепенно и объективно.

 

- Цена урока зависит от возраста ученика? Если не секрет, сколько стоит урок?

 

- От возраста цена не зависит. В ценообразовании мы ориентируемся на существующие музыкальные школы. У нас при условии одного получасового урока в неделю месячная плата составляет 70 евро с каждого ученика. При увеличении числа уроков есть небольшие скидки.

Возвращаясь к организационным вопросам, мне бы, конечно, хотелось, чтобы система музыкального образования в Германии была пересмотрена. Потому что частные школы типа нашей – это хорошо, но явно недостаточно. И это ведь немалые деньги для родителей. Но и нас можно понять: нужно платить за помещения с не совсем стандартными условиями, дорого стоят также сами инструменты, каждый такой рояль стоит не менее 12.000 евро, а его ресурс хорошего качества звучания при такой нагрузке составляет примерно 20-25 лет.

То есть, по моему убеждению, музыкальное образование детей должно быть предметом заботы государства, как и обычные школы и гимназии. Нельзя отдавать такую важную сферу на откуп местным властям. Ведь есть же замечательный опыт СССР и России: там эта система существует уже больше 100 лет и показала прекрасные результаты, дала миру замечательных известных музыкантов, композиторов, исполнителей и педагогов.

 

- Но ведь если пофантазировать и представить, что все Ваши мечты сбылись, тогда Ваш собственный бизнес может лопнуть?

 

- Ни в коем случае. Прежде всего, сейчас я уже уверена, что всегда найду себе применение уже не только как квалифицированный педагог или исполнитель, но и как опытный администратор. Ну и нельзя забывать о… в общем, у меня в целом душа болит по этому поводу, это сильнее тривиального предпринимательского эгоизма.

 

- А только Вы сами озабочены этой проблемой или у Вас есть единомышленники среди коллег?

 

- Нет, я не одинока в своих оценках. Многие солидарны с моим мнением. Но чиновники все время жалуются на недостаток денег. А ведь в последние годы в Германию въехало большое число одаренных высококвалифицированных музыкантов и педагогов из стран бывшего СССР. Только немногие из них полностью состоялись, большинство так и не может себя найти. Как было бы здорово, полезно для страны использовать этот потенциал. Другого такого удобного случая не будет. Еще несколько лет – и эти возможности исчезнут навсегда. Я уже думала, может, нам всем самим объединиться в какой-нибудь Verein и попытаться отстаивать свои убеждения и устремления сообща…

 

- К сожалению, это не единственный пример такого рода, когда Германия совершенно безразлична к интеллектуальным богатствам в виде многочисленных иммигрантов. Та же история с инженерами, учеными, изобретателями.

 

- Да, согласна. Когда все мы учились в СССР, мы многое не понимали, часто восхваляли западное образование. На самом деле аналогов той замечательной образовательной системы просто в мире нет, это были и до сих пор во многом остаются блестящие школы замечательных профессионалов!

 

- Муж сильно помогает Вам в вашем бизнесе?

 

- У меня нет мужа, я давно разведена и одна воспитываю дочь.

 

- Извините… Я был уверен, что поднять такое дело в одиночку, тем более женщине, очень трудно.

 

- И Вы не ошиблись. В какой-то момент я оказалась одна с маленьким ребенком на руках, по сути без средств к существованию и без какой-либо хотя бы моральной поддержки. Мне даже выплакаться некому было. Я вообще приехала с двумя чемоданами, полными нот, больше ничего. Это были очень трудные времена. Хотела даже вернуться назад в Ташкент, мама в письмах удержала. Но именно в такие моменты, я думаю, у многих людей проявляются дополнительные резервы. К счастью, я отношусь именно к такой категории. Я начала активно заниматься концертной деятельностью,  у меня появились первые ученики. Есть такая известная поговорка: "Стучитесь – и вам отворят!" И я "стучалась"…

 

- Таня, тогда извините за этот вопрос, но… интересно знать именно Ваше мнение. Вы успешная, образованная, молодая и красивая женщина. Почему же Вы одна, чем же объяснить такую вселенскую несправедливость?

 

- Ну, вот, Вы меня спрашиваете… Просто каждому человеку что-то определенное удается в жизни, а что-то складывается не очень… Я не делаю из этого трагедии. Так сложилось, и нечего тут драматизировать. На сегодня в жизни у меня, можно сказать, три "К": Kind, Klavierstudio und Konzеrte. Моей дочке сейчас 12 лет, прекрасная талантливая девочка. То есть в профессии и с дочерью мне повезло. А кому-то везет в личной жизни, но не все удается в карьере. Всякое бывает. Я верю, что личное счастье еще придет…

 

- Какие вам понадобились стартовые деньги для начала своего дела?

 

- Небольшие накопления были за счет моих концертных выступлений. Но это не десятки тысяч.

 

- Кстати, а сколько стоит одно такое выступление? Это ведь выгоднее школьных уроков?

 

- Не знаю, уместно ли об этом говорить в интервью… Отвечу так: мое полуторачасовое сольное выступление стоит в среднем 700-800 евро. Хорошей загрузкой считается 5-6 концертов в месяц. Хотя имеются примеры, когда некоторые известные музыканты дают по 300 концертов в год, это почти каждый будний день.

То есть в пересчета на единицу времени концертное выступление гораздо выгоднее уроков музыки. Но работа с детьми приносит большую радость и эстетическое душевное удовольствие, мне это очень нравится. Поэтому прямые финансовые сравнения тут неуместны.

 

- За столько лет работы школы наверняка появились уже выпускники, почти взрослые люди. Встречаетесь хоть иногда, обмениваетесь новостями?

 

- Специально или системно - нет. Но случайные встречи бывают, конечно. Приятно, что для них такие случайности искренняя радость, моя студия ассоциируется у них с очень важным и запоминающимся жизенным этапом. Они в открытую не говорят об этом, но об этом легко догадаться по искрящимся излучающим свет глазам…

 

- Сейчас, с высоты прошедших лет и приобретенного опыта, что бы Вы могли посоветовать своим менее искушенным колегам? Вы советуете идти Вашим путем? Это очень трудное дело?

 

- Я не считаю себя какой-то исключительной личностью в смысле организации музыкальной студии. Это может практически каждый. Важно любить свою профессию, быть настоящим профессионалом. Еще очень важно в таком деле уметь общаться с людьми. И конечно, требуется уйма терпения и оптимизма. А вот, например, знание немецкого языка менее важно: разговорные дефициты в нашем деле легко компенсируются языком музыки.

Немаловажно также четко определиться с профилем школы или студии. Это поможет найти свою нишу и более успешно выстраивать рекламную деятельность. Да, еще я чуть не забыла одну важную деталь. Специальность музыкального критика позволила мне относительно легко писать в немецкой прессе статьи об успехах учеников студии. Такие статьи публикуются бесплатно, и они являются одновременно рекламой для нашей студии.

Для начинающих рекомендую прочитать книгу Stefan Lindemann "Marketing und Managment für Musikpädagogen"   beim Gustav Bosse Verlag. Я получила ее недавно в подарок, и после прочтения пришла к выводу, что интуитивно все делала правильно.

 

- Таня, большое спасибо за это откровенное интервью. Я уверен, что читатели нашего журнала оценят не только его деловой аспект.

                                                                                                                                          Владимир Искин


Comments
[-]

Comments are not added

Guest: *  
Name:

Comment: *  
Attach files  
 


Bewertungen
[-]
Group 1 Add

Meta information
[-]
Date: 02.08.2011
Add by: ava  oxana.sher
Visit: 1193

zagluwka
advanced
Submit
Back to homepage
Beta