О ситуации в Афганистане после вывода МССБ

Information
[-]

Непредсказуемость фактора-2014

В конце июня 2013 года руководители военных ведомств и пограничных служб государств-членов Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) обсуждали соответственно в Бишкеке и в Екатеринбурге ситуацию, которая может сложиться в Афганистане после вывода оттуда Международных сил содействия безопасности (МССБ).

Сошлись во мнении, что вывод сил может привести к обострению внутриафганского конфликта, его выплескиванию через государственную границу, провоцированию потоков беженцев и расширению диверсионно-террористической деятельности исламских экстремистов в Центральной Азии. В последние месяцы данная тема активно обсуждалась и на высшем уровне в Москве, и в Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ), и в рамках Стамбульского процесса по Афганистану, а также на авторитетных общественных уровнях как в России, так и в других наиболее заинтересованных странах. Если суммировать высказанные к настоящему времени выводы сторон, отдельных госдеятелей и военных экспертов, то складывается впечатление, что после ухода от Гиндукуша американцев и их партнеров, обстановка в данном регионе будет складываться с наименьшей долей предсказуемости. События в Кабуле, случившиеся в том же июне (неожиданное нападение боевиков на дворец президента Хамида Карзая и здание минобороны страны, ответственность за которое взяло на себя радикальное движение «Талибан») только подтверждают это.

А КАЗАХСТАН НЕ СОГЛАСЕН...

Напомним, еще в мае по данной тематике состоялось заседание Совета безопасности РФ. На нем президент Владимир Путин констатировал, что МССБ за 13 лет с начала нахождения у отрогов Гиндукуша так и не добились перелома в борьбе с терроризмом и наркотрафиком в этой стране и заявил, что «есть все основания полагать, что в ближайшей перспективе мы можем столкнуться с осложнением ситуации в Афганистане». Тем более что «международные террористические и радикальные группировки не скрывают своих планов по экспорту нестабильности – они пытаются перенести подрывную деятельность на территорию сопредельных среднеазиатских государств и России». В этой связи он попросил Совбез оперативно подготовить конкретные предложения по усилению безопасности на южных рубежах страны, дабы «надежно, при любых обстоятельствах, обеспечить интересы России».

В свою очередь, секретарь Совбеза Николай Патрушев признал, что «мы пока не имеем четкой информации о том, что будет происходить, только общие параметры»: «Поэтому нам придется реагировать на события, которые будут совершаться в реальном времени, ибо афганская армия и силы правопорядка пока не в состоянии обеспечить безопасность в Афганистане». То есть то, что ситуация непредсказуемая, признают в Кремле и на самом верху. Под нее будут вырабатываться и обозначенные Путиным планы ведомств, в которых, по словам Патрушева, должны учитывать «разные варианты развития событий».

В российском МИДе эти варианты «прокачивают» с момента объявления Вашингтоном о выводе из Афганистана сил коалиции. Там также полагают, что «на фоне деградирующей военно-политической ситуации в Афганистане и предстоящих в апреле следующего года президентских выборов, совершенно очевидно, что в ближайшее время новых вызовов здесь не избежать, поскольку процесс национального примирения в этой стране фактически топчется на месте». По оценке замглавы внешнеполитического ведомства РФ Игоря Моргулова, «в контексте так называемого фактора 2014 года для России и ее союзников повышенную угрозу представляет эскалация напряженности в северных провинциях Афганистана с возможностью ее перелива в Центральную Азию».

Фактор-2014 наиболее тревожит официальный Душанбе: у Таджикистана 1344-километровая граница с Афганистаном, у граждан этой страны еще свежа память о гражданской войне начала 1990-х, костер которой активно поддерживали афганские радикалы. Поэтому еще в феврале, выступая на торжественном собрании, посвященном 20-летию создания таджикской армии, президент Эмомали Рахмон настраивал 20-тысячные национальные вооруженные силы соответствующим образом. С одной стороны, он уповал на то, «что правительство Исламской Республики Афганистан, опираясь на здоровые силы своей страны, добьется мира и стабильности». «Однако, учитывая некоторые факторы, – продолжал он тут же, – наша национальная армия и пограничные войска, а также органы безопасности и внутренних дел должны быть готовы для защиты нашей дорогой Родины от любого рода внешних угроз».

Должно отметить, что таджикская армия в свое время создавалась, как отметил сам Рахмон, «на пустом месте»: «Таджикистан являлся единственной независимой республикой, не унаследовавшей ничего из советской армии, в то время, как другие республики забрали себе всю военную технику и снаряжение воинских частей, дислоцированных на их территории, тем самым став обладателями армии и других военных структур». Поэтому вооруженные силы республики и поныне остаются одними из самых слабых на постсоветском пространстве. Хотя в определенной мере они получили ряд боевых крещений в долгомесячных стычках с местными экстремистами (памятны события последних трех-четырех лет, когда войсковые подразделения небезуспешно участвовали в подавлении вооруженных вылазок в различных регионах страны), вряд ли, случись нашествие талибов, армия сможет им эффективно противостоять.

Следует учитывать и печальный прогноз Федеральной службы РФ по наркоконтролю относительно того, что вывод МССБ из Афганистана не приведет к снижению производства героина на афганской территории. Директор ведомства Виктор Иванов обозначает эту проблему как катастрофическую. По его данным, после ввода в 2001 году в Афганистан западных войск площади опиумного мака в Афганистане лишь увеличивались, и производство наркотиков росло, в мире от афганского героина умерло более 1 млн. человек. «Более того, – отмечает он, – в транснациональную организованную преступность от продажи героина инвестировано более триллиона долларов». То есть исламским экстремистам, финансируемым наркобаронами, есть, за что бороться.

Из-за потребностей сбыта рекордных тонн опиумной продукции обстановка на таджикско-афганской границе тоже не улучшается. Тенденция – к ухудшению. Это отмечают в Погранслужбе ФСБ России.

Кроме того, в мае Совет командующих пограничными войсками (СКПВ) стран Содружества на своем очередном заседании в Одессе выступил с инициативой принятия межгосударственной целевой программы по усилению защиты границы между Афганистаном и Таджикистаном. Как сообщил тогда председатель координационной службы СКПВ генерал-полковник Александр Манилов, главы погранведомств стран СНГ обратятся по данному поводу к руководителям своих государств, поскольку есть насущная необходимость предпринять совместные усилия по техническому оснащению сил «зеленых фуражек» и строительству дополнительных рубежных постов вдоль пограничной реки Пяндж.

«Мы разработали комплекс мер, – пояснил генерал, – но без принятия решения на политическом уровне ничего с места не сдвинется. Речь идет об оказании материально-технической помощи, нужна целевая программа по укреплению границ в Азиатском регионе, прежде всего на афганском направлении, и для этого требуются не только усилия Таджикистана, Узбекистана или Туркмении, которые непосредственно граничат с Афганистаном. Тут должны объединить усилия пограничные ведомства всех стран Содружества».

В ОДКБ, однако, на этом фоне проявляют странное спокойствие. Там убеждены, что Таджикистан способен самостоятельно обеспечивать безопасность на пограничной реке Пяндж. Это особо подчеркнул в мае генеральный секретарь Организации Николай Бордюжа. Особо – потому что его заявление прозвучало сразу после интервью посла России в Афганистане Андрея Аветисяна агентству «Рейтер», еще раз отметившего, что Москва прогнозирует ухудшение ситуации в Афганистане после вывода войск НАТО, и «рассматривает возможность переброски своих пограничников на таджикско-афганскую границу». «Ранее у нас было серьезное присутствие на этом рубеже, – напомнил дипломат, – и в то время ситуация там была намного лучше. Присутствие здесь российских пограничников как в интересах России, так и в интересах Таджикистана и даже Афганистана».

Генсек ОДКБ в пику этому сказал, что переговоры о присутствии российских пограничников в Таджикистане не ведутся: «Россия оставила стране определенную инфраструктуру, но остается потребность в технических средствах и оружии для таджикских военных».

И это при том, что в «союзе шестерых», по словам Бордюжи, прогнозируют негативное развитие ситуации в Афганистане после выхода оттуда в следующем году международных сил. «Наша Организация непосредственно граничит с Афганистаном и напрямую испытывает на себе исходящие оттуда угрозы», – отмечает он, поясняя, что из-за Пянджа не прекращается поток наркотиков и существует опасность вторжения вооруженных бандформирований, прошедших подготовку в многочисленных лагерях и учебных центрах на территории Афганистана. Кроме того, оттуда продолжается распространение радикальных религиозных идей и поддержка местных фундаменталистов в государствах Центральной Азии, трудноконтролируемый оружейный трафик. И это, по словам генсека ОДКБ, – далеко не полный перечень проблем, с которыми приходится сталкиваться.

Со своей стороны, Казахстан, в немалой степени претендующий на лидерство в Центральной Азии, фактор-2014 отнюдь не драматизирует. Глава этой страны Нурсултан Назарбаев убежден, что «для нашего региона ничего катастрофического, как говорят, не произойдет». «Просто кое-кто не видит или не хочет видеть изменившиеся реалии нашего региона, – пояснил он свой взгляд на проблему. – Центральная Азия уже не забытая богом окраина или ничья земля, а новый, динамичный субрегион всей Евразии и мира. Казахстан и другие государства, находящиеся здесь, доказали свою способность к суверенному, достойному развитию».

По его мнению (явно расходящемуся с обеспокоенностью Москвы), «международные коалиционные силы в Афганистане добились снижения угрозы безопасности, хотя проблемы еще остаются»: «Не согласен с оценками, авторы которых утверждают, что миссия международной коалиции в Афганистане не достигла своей цели. Непосредственно угрозы безопасности снижены на порядок и локализованы. Да, есть проблемы процесса афганского регулирования, но и здесь присутствуют позитивные изменения».

Но и в этом более чем оптимистическом (на фоне большинства) прогнозе казахского лидера звучит тревога: «С 79-го года, вот уже 34 года, идет гражданская война или война извне в этой несчастной стране. Человек, родившийся 34 года назад, кроме винтовки, ничего в руках не держал: ни лопаты, ни сохи, ни компьютера. И учитывая низкую образованность населения, прежде всего нужно вернуть сейчас афганский народ к труду. Именно все потуги мирового сообщества должны состоять в том, чтобы помочь восстановить экономику этой страны. К сожалению, в этом вопросе достижения пока очень скромные, что делает актуальным усиление международной гуманитарной и инвестиционной помощи Афганистану. И Казахстан готов предложить свои услуги для организации новой международной площадки для эффективного решения данной проблемы».

В январе тогдашний командующий войсками США и НАТО в Афганистане генерал Джон Аллен заявил, что «действительно верит в то, что афганские мятежники-таки потерпят поражение, но уже после вывода коалиционных войск. Однако его прогноз сдобрен доброй долей пессимизма: «Но победа не случится до 2014 года. Мы создадим условия для победы в течение десятилетия». Это было сказано при том видимом факте, что МССБ находятся у отрогов Гиндукуша вот уже 13 лет.

ГЕНЕРАЛ ПОУЧАЕТ ПРЕЗИДЕНТА

О том, как непросто уже ныне складывается обстановка в преддверии вывода Международных сил содействия безопасности (МССБ – официальное наименование натовской коалиции, в которой участвовало 48 стран), помимо нападения смертников на резиденцию президента Хамида Карзая, свидетельствуют и такие примеры.

Не так давно Карзай потребовал от США в двухнедельный срок вывести свой спецназ из центральной провинции Вардак и даже издал указ на этот счет. Причиной такого решения, как объяснил генерал афганской армии Абдул Хади Халед, стали сведения о том, что афганцы, служившие в американских силах специального назначения в упомянутой провинции, похищали, пытали и убивали ни в чем не повинных людей.

Однако сам генерал тогда призвал к «серьезному изучению» указа своего верховного главнокомандующего: «Вардак – провинция с очень низким уровнем безопасности. Единственной силой, способной проводить боевые операции против сил главного противника – талибов, «Аль-Каиды» и «Исламской партии», является спецназ. Именно иностранный спецназ, а вместе с ним и афганский спецназ сумели оказать серьезное воздействие на противника, особенно в провинциях Вардак, Логар, а также Газни. Талибы сумели очень прочно обосноваться в деревнях и кишлаках провинции. И если спецназ не будет воевать, то ни пехотные части, ни полиция, ни силы безопасности ничего не смогут с ними сделать, и провинция окажется под контролем талибов».

В том же контексте он выразил убежденность в том, что руководство провинции обманывает президента: «Свою неспособность справиться с ситуацией они перекладывают на спецназ. Этим воспользуются талибы, подстрекающие народ против спецназа, и все может кончиться тем, что после ухода США и НАТО Вардак, Логар и Газни перейдут под контроль талибов». Генерал считает, что Карзай должен создать объединенное высшее командование, которое согласует и распределит задачи между армией, полицией и силами безопасности. И советует президенту «избавиться от некомпетентных людей, возглавляющих провинции».

В мае американская газета «Нью-Йорк таймс» сообщила, что правительство Карзая получало от ЦРУ финансовые средства – десятки миллионов долларов наличными, которые тайно доставляли афганскому лидеру в рюкзаках агенты американского разведведомства. Они предназначались для трат на социальные нужды страны, но, по данным издания, афганские официальные лица использовали эти деньги для подкупа местных полевых командиров, чтобы те поддерживали политику официальных властей. Это, мол, было тем более необходимо, что полевые командиры, сражавшиеся против советских солдат в 1980-е годы прошлого века и талибов, сохранили большое влияние в стране, многие из них имеют тесные связи с правительством Карзая. Афганский президент счел нужным лично опровергнуть «эти домыслы», однако, как говорится, дыма без огня не бывает.

Также по поступающей из предгорий Гиндукуша информации, в последнее время афганские солдаты применяют оружие против своих западных союзников. В результате  НАТО объявило о сворачивании ряда совместных операций МССБ с армейцами Карзая.

ВНОВЬ БЕЗ САНКЦИИ ООН?

Межу тем МССБ, как известно, не собираются в полном составе уходить из Афганистана. Их численность на июнь 2011 года составляла около 132,5 тыс. военнослужащих, из них 90 тыс. американских (для сравнения: численность Ограниченного контингента советских войск в Афганистане составляла 120 тыс. солдат и офицеров). С того времени, как отмечал в феврале в обращении к нации президент Барак Обама, «33 тыс. наших героических женщин и мужчин в военной форме» уже вернулись домой из Афганистана, еще 34 тыс. будут выведены из этой страны до конца 2014 года. В США и в Североатлантическом альянсе планируют, что американские военные в Афганистане будут продолжать оказывать помощь местным властям в области подготовки и снабжения местных сил безопасности. «Чтобы, – как выразился Обама, – страна вновь не скатилась к хаосу, а также в области антитеррористической деятельности, поскольку различные подразделения «Аль-Каиды» и экстремистские группы появляются везде – от Персидского залива до Африки».

Однако сколько же янки останется у Гиндукуша, пока неясно. Ныне бывший командующий войсками США и НАТО в Афганистане генерал Джон Аллен до своей отставки в феврале текущего года настаивал, что в Афганистане должны остаться от 9 до 15 тыс. американских военных. В Пентагоне рассчитывают на сохранение в Афганистане от 3 до 9 тыс. солдат и офицеров. В то же время министр обороны ФРГ Томас де Мезьер со ссылкой на главу Пентагона Леона Панетту (ныне бывшего) сообщал, что американское военное командование планирует после 2014 года оставить в Афганистане от 8  до 12 тыс. своих военнослужащих.

А скажем, Великобритания до конца текущего года планирует вывести из Афганистана 3,8 тыс. своих военнослужащих, или примерно половину своего контингента в этой стране. Все ли будут выведены в следующем или какая-то часть также «задержится» оказывать вместе с американцами помощь местным властям и военным, в Лондоне умалчивают.

Так или иначе, но Россию такой вариант «весьма скромного» иностранного военного присутствия в Афганистане не устраивает. В МИДе заявляют, что «нас не устроит вариант переформатирования международных сил содействия безопасности в долгосрочное иностранное военное присутствие в Афганистане под иной вывеской и без соответствующего мандата ООН». В российском внешнеполитическом ведомстве «уверены, что такой шаг не принесет стабильности Афганистану и лишь добавит напряженности в регионе».

Напомним, что Международные силы по поддержанию безопасности в Афганистане были созданы в соответствии с резолюцией ООН № 1386 от 20 декабря 2001 года.

СОВЕТСКИЕ «ГРАБЛИ» ДЛЯ АМЕРИКАНЦЕВ

Президент Клуба военачальников РФ генерал армии Анатолий Куликов полагает, что фактор-2014 приведет к тому, что Афганистан может стать куда большим источником распространения террористической угрозы для РФ и стран региона, чем эта страна является сейчас: «Последние 10–15 лет основные силы исламистов были заняты в Афганистане и Пакистане, где они несли большие потери. После 2014 года у них может появиться возможность посмотреть на окружающие территории и оказать поддержку проживающим там их единомышленникам».

«В новых условиях России и странам Центральной Азии придется предпринять дополнительные дипломатические усилия для выстраивания отношений с властями Афганистана, необходимы будут и меры противодействия террористической угрозе по линии силовых ведомств России», – уверен генерал.

Куликов, в 1990-е глава МВД РФ, лично руководивший некоторыми контртеррористическими операциями на Северном Кавказе, считает, что в Афганистане сейчас реально сложилось двоевластие: «В результате усилий мирового сообщества созданы все атрибуты государственной власти и проведены выборы, однако реальная власть на местах во многом принадлежит талибам». По его мнению, если ситуация в Афганистане в течение 2013–2014 годов не будет нормализована, это скажется на стабильности стран Центральной Азии и, как следствие, на южных рубежах России.

Как считает военачальник, в Афганистане возможны три сценария развития событий.

Первый. Несмотря на вывод международного контингента, США могут сохранить свое военное присутствие в Афганистане в той или иной форме. «Имеются данные, что Вашингтон ведет переговоры с Кабулом о сохранении присутствия в Афганистане нескольких тысяч инструкторов, бойцов спецподразделений и ВВС до 2024 года, – отметил эксперт. – Однако этих сил будет достаточно лишь для того, чтобы контролировать города, нанести поражение талибам они не смогут».

Второй (возможный в том случае, если Соединенным Штатам не удастся реализовать первый сценарий). «В результате ослабления контроля над территорией Афганистана со стороны США и МССБ в этой стране начнут усиливаться центробежные тенденции, и в ней повторится ситуация 1990-х годов прошлого столетия, когда афганское политическое поле представляло собой конгломерат различных региональных и племенных военных группировок, находившихся в сложных отношениях друг с другом».

Третий сценарий связан с вероятным началом полномасштабной гражданской войны в Афганистане, что может создать «серьезные проблемы для безопасности России».

Взгляд Куликова схож с мнением заместителя председателя комитета Госдумы по обороне, ветерана-афганца полковника запаса Франца Клинцевича, который более чем скептически смотрит на решение США оставить в Афганистане «минимальную» часть своих военных специалистов. «О какой бы численности американского присутствия ни договорились Вашингтон и Кабул после 2014 года, этот малочисленный контингент не сможет каким-либо образом влиять на безопасность в этой стране, – убежден депутат. – Скорее наоборот, оставшийся «осколок» американских войск может резко обострить обстановку в Центрально-Азиатском регионе, приведет к многочисленным жертвам, прежде всего среди американских военнослужащих, потому что иностранные войска были и останутся врагами Афганистана. И оставить небольшую группу американских войск в Афганистане после ухода в 2014 году – это равносильно тому, чтобы оставить их без прикрытия в тылу врага».

По мнению зампреда оборонного комитета Госдумы, американское руководство в этом вопросе наступает на те же «грабли», что в свое время советское руководство, когда осуществляло вывод Ограниченного контингента советских войск из Афганистана. Он напомнил, что в ходе вывода советских войск из Афганистана в конце 80-х годов руководство Советского Союза также пыталось оставить «за речкой» около 30 тыс. добровольцев из числа Ограниченного контингента для снабжения афганских властей вооружением и продовольствием.

Клинцевич рассказал следующее: «С этой целью в декабре 1988 года в Афганистан прибыли министр иностранных дел СССР Эдуард Шеварднадзе и министр обороны маршал Дмитрий Язов с большими полномочиями для решения этого вопроса на практике. Но дальше обсуждения планов дело не пошло. Прежде всего против этого резко выступил командующий воюющей 40-й армией генерал-полковник Борис Громов, другие военачальники. А детальная оценка обстановки показала, что малочисленные силы неспособны влиять на обстановку в стране, где развернута партизанская война и нет никакой гарантии безопасности людей».

Советскому руководству в свое время все же удалось не наступить на «грабли», о которых упомянул афганец-депутат Клинцевич. Наступят ли американцы? А если не наступят, лучше или хуже это для Центральной Азии? Вопросов много, а однозначных ответов нет.   

Оригинал 


About the author
[-]

Author: Олег Еленский

Source: ng.ru

Added:   venjamin.tolstonog


Date: 14.07.2013. Views: 468

Comments
[-]

Comments are not added

Guest: *  
Name:

Comment: *  
Attach files  
 


zagluwka
advanced
Submit
Back to homepage
Beta