Что приготовил новый американский президент Джозеф Байден для России

Information
[-]

***

Рутина вместо диалога глухих

Пора поговорить о международных последствиях (включая, конечно, американо-российские отношения) вступления в должность нового президента США Джозефа Байдена.

Пора, потому что Трампу и его команде вряд ли удастся при помощи судебных исков — даже кое-где выигранных — не пустить Байдена в Белый дом. Это поняли практически все — даже неторопливый официальный Пекин, поздравивший Байдена с победой на выборах. Молчит лишь Кремль — жертва собственных понтов и промахов, сделавший в свое время ставку на Трампа, ничего с этого не получивший (кроме обвинений во вмешательстве в выборы), но продолжающий играть в «реального пацана», не сдающего своих. В ущерб и международному этикету, и здравому смыслу.

Прогнозы — дело ненадежное. Особенно когда они вытекают не из бесстрастного анализа, а из симпатий и фобий. В частности, те, что в России в 2016 году пили шампанское за победу Трампа и их медийная обслуга, уже спрогнозировали при президентстве Байдена и «полномасштабную холодную войну», и неизбежное введение против России «санкций из ада». Вроде не замечая, что введение в действие почти пяти десятков санкций и разрушение договоров о контроле над вооружениями произошло именно при Трампе. Ничего, главное, что он «Путина уважает», а вашингтонский истеблишмент — не очень.

***

Сборная афиша анонсов и событий в вашей стране и в мире на ближайшую неделю:  

 

Сфокусируйтесь на своем городе и изучайте.

Мы что-то пропустили? Присылайте, мы добавим!

***

Есть и обратные примеры, когда на Байдена возлагаются надежды, что он поотменяет все, что на международной арене наворотил непредсказуемый и некомпетентный Трамп, и — как разумный и системный политик — вернет все к прежней «нормальности». Появились в прессе простенькие подборки, как, например, в уважаемой британской FT, где лидеров ведущих и не очень стран просто разделили на две группы: проигравших (Losers) и выигравших (Winners) от победы Байдена. В первой — лидеры Израиля, Мексики, Бразилии, Индии, Великобритании, Турции, Венгрии, Саудовской Аравии, ну и, конечно, Путин с Ким Чен Ыном. У них, по мнению издания, были приличные отношения с Трампом, а их политика критиковалась демократами и Байденом. Во второй — столь же разношерстная компания, состоящая из лидеров Ирана, Германии, Франции, Канады, Китая, Японии, Аргентины и даже венесуэльского президента Мадуро. У этих, мол, с Трампом все было так плохо, что с Байденом, конечно же, станет лучше. Не очень убедительно — ведь политика не сводится лишь к взаимоотношениям лидеров.

Пейзаж после битвы

Байдену достанется Америка с обществом, расколотым практически пополам, — Трамп уходит, но «трампизм», имеющий социальную базу, никуда не денется. Новый президент унаследует страну, травмированную рекордным распространением коронавируса, спадом производства, занятости и социальными потрясениями. С этим вполне реальным внутренним кризисом придется разбираться в первую очередь. Международная политика неизбежно уходит на второй план — как говорится, не до грибов. Кстати, во время нынешней избирательной кампании она и обсуждалась значительно меньше, чем в 2016 году. Эксперты считают, что внешняя политика Байдена — особенно в первый год президентства — будет скорее ситуативной, фрагментарной, по принципу «action — reaction». Без драматических трансформаций, новых идей и весомых инициатив. А также, как и при Трампе, без внешнего военно-политического интервенционизма.

Что-то, конечно поменяется. Стилистика, несомненно, станет иной. Иной тип политической риторики — более традиционный, дипломатичный, системный. Иной стиль принятия решений — более предсказуемый и менее спонтанный, более коллегиальный и опирающийся на мнение экспертов, более понятный союзникам, да и соперникам/противникам. Конечно, сильно изменится качество внешнеполитической команды — скорее в направлении ее профессионализации. В отличие от трамповского фильтра верности и личной преданности, что вело к бесконечным перестановкам и переназначениям по мере возникновения несогласия назначенцев с его действиями или подозрений в утрате ими лояльности.

Уже называются возможные кандидаты на ключевые посты, связанные с международными делами. Это подготовленные политики с опытом внешнеполитической деятельности, совсем не из «левых» демократов, а скорее из крыла системных демократических неоконсерваторов. Например, бывший помощник президента Обамы по нацбезопасности Сьюзан Райс, бывший замгоссекретаря Томми Блинкен, а также нынешний президент Фонда Карнеги Уильям Бернс — бывший первый зам госсекретаря, а до того посол в России (кстати, хорошо знающий нашу страну). Впрочем, учитывая сохранение республиканцами большинства в Сенате, утверждение кандидатур на ключевые посты будет непростым. Особенно тех, что особо активно критиковали Трампа за его реальные и мнимые ошибки на международной арене (как, например, г-жа Райс).

Исправление наследия Трампа

Байдену придется исправлять некоторые «вредоносные», по мнению демократов, антиглобалистские решения Трампа на международной арене, отмена которых не слишком много будет стоить США и которая не потребует одобрения Сената, зато найдет понимание у союзников. Он вернет США в Парижское соглашение по климату, в ВОЗ, а также собирается вернуть США в соглашение по иранскому ядерному досье — он все это обещал. Не исключено, что спустя некоторое время США вернутся и в ЮНЕСКО. Изменится и жесткая риторика в отношении ВТО с угрозами выйти из нее, практиковавшаяся при Трампе в ходе его торговой войны с Китаем и введения импортных пошлин на сталь и алюминий. По мнению экспертов, Байден может вернуться и к членству США в Транстихоокеанском партнерстве (Trans-Pacific Partnership), из которого Трамп вывел страну в 2017 году, выполняя свое предвыборное обещание «отечественным производителям».

Большая политика

Остальное — без драматических изменений, хотя и с коррективами, в том числе стилистическими. В отношениях с союзниками по НАТО — иной, более приемлемый для них (и необидный) публичный вокабуляр, хотя основные направления политики те же (их, собственно, и Трамп не сильно изменил после Обамы, если не считать его напористого стиля общения и хамоватой риторики). Ближневосточная политика станет более сбалансированной — с меньшим перекосом в сторону Израиля. О соглашении по иранскому досье мы уже говорили; впрочем, возврат к нему может столкнуться с противодействием Израиля, саудитов и произраильского лобби внутри страны, да и самого Ирана, истинные намерения которого не до конца понятны и могут изменяться в зависимости от внутриполитических схваток соперничающих властных группировок.

Китай и Россия останутся главными объектами сдерживания

О России поговорим отдельно, а что касается Китая, то Байден, как и большинство вашингтонских политиков из обоих политических лагерей, а также американских военных, реально озабочен военным, политическим и экономическим усилением этой страны. Во время кампании Байден вполне конкурировал с Трампом в соревновании по жесткости высказываний в отношении Китая, угроз с его стороны и его претензий на более значительное и влиятельное место в трансформирующемся миропорядке. Впрочем, и здесь изменится язык общения — это может поспособствовать замене открытой торговой войны новыми, жесткими и длительными американо-китайскими переговорами с перспективой заключения нового торгового договора. В целом же видна все более убедительная перспектива формирования новой стержневой геополитической конфронтации: США — Китай.

А теперь о России

Тут не все так просто и однонаправленно, как некоторым кажется. Конечно, публичная оценка российской политики Байденом — как внутренней, так и внешней — станет значительно более жесткой и идеологически окрашенной. Российские руководители (лично к которым Байден, в отличие от Трампа, не испытывает ни симпатий, ни особого уважения) «получат по полной программе». И за нарушения прав человека, и за политически мотивированный судебный произвол, и за политзаключенных, и за репрессии и давление на оппозиционеров, и за хакерские кибератаки, и, конечно же, за Крым с Донбассом и другие нарушения международного права. Это, в принципе, стиль демократов — вести комбинированную политику, в которой есть место не только геополитической прагматике, но и «защите» демократических ценностей. Это, кстати, будет касаться отнюдь не только России, но и других стран, где есть проблемы с правами человека в либерально-демократическом их понимании (например, Турции или Саудовской Аравии). Что касается «украинского вопроса», то это одна из личных «специализаций» Байдена со времен его вице-президентства при Обаме. Если Трампу этот сюжет был, в общем-то, малоинтересен, то президент Байден его, конечно же, не бросит, а, скорее, разовьет.

Теперь о санкциях. Байден с ними стесняться не станет и продолжит «дело Трампа», но без колебаний и долгих раздумий, характерных для прежнего хозяина Белого дома. Собственно, ужесточить санкционное давление на Россию он публично обещал в ходе своей президентской кампании. Однако некоторые эксперты считают, что вводить новые санкции администрации Байдена будет все труднее, поскольку при Трампе почти все санкции, не наносящие ущерба американским бизнес-интересам, практически были приняты.

По образной оценке Андрея Кортунова (гендиректора Российского совета по международным делам), Трамп в этой области уже «снял все сливки», и поднятие санкций на качественно новый уровень (как, например, против Ирана и КНДР) потребует платить несравненно более высокую цену — с возможным ущербом и интересам американского бизнеса, и стабильности международной финансово-экономической системы, а также с дополнительными политическими рисками — как региональными, так и глобальными. Но эти «предохранители цены» могут не сработать, если сама Россия не прекратит исправно поставлять поводы для санкций и таким образом их выхода на новый, крайне опасный для ее интересов уровень, когда уже невозможно будет ерничать по поводу их полезности для российской экономики и «отечественных производителей».

Несколько слов отдельно о «Северном потоке — 2» и санкциях против него. Да, Байден не столь увлечен сланцевым газом, как Трамп, считая технологию его добычи серьезным ущербом для окружающей среды (а «зеленая экономика» — одна из фишек демократов). Однако, с другой стороны, ему сложно, во-первых, идти против коммерческих интересов его многочисленных производителей, продавцов и т.д. по цепочке. А во-вторых, проигнорировать негативное отношение к «потоку» Украины, Польши и стран Балтии, которым он сочувствует и покровительствует. Так что изменений в американской позиции в связи с «потоком» может и не быть.

Политика Байдена в отношении России в то же время не будет отягощена тем, что называют Russiagate. С уходом Трампа, против которого демократами и продемократическими медиа было применено это оружие, оно потеряет смысл. Байден по сравнению с Трампом будет гораздо свободнее на российском направлении. А в сочетании с позицией демократов и лично Байдена по проблемам контроля над вооружениями это может дать вполне ощутимые переговорные плоды. Эксперты в большинстве своем убеждены, что Байден (в отличие от Трампа) готов пойти на продление СНВ-3 на 5 положенных по его условиям лет (такое продление не требует одобрения в Конгрессе), с тем чтобы потом начать серьезные, тщательные, неизбежно длительные переговоры с Россией по поводу следующего соглашения о контроле над стратегическими вооружениями. Соглашения, учитывающего новые геополитические и военно-технические реалии. Некоторые также считают возможными переговоры с Россией по поводу сотрудничества в кибербезопасности. А всякие переговоры, если обе стороны в них заинтересованы, сами по себе делают отношения более нормальными и «приличными», повышая роль экспертов, отвоевывая пространство у пропагандистов и разного рода ястребов по обе стороны океана.

В целом апокалиптическая картина пока не вырисовывается. Равно как и какое-то зримое и сущностное потепление отношений между Россией и США. В то же время улучшение их стилистики, как и начало переговорной рутины, в ходе которой стороны неизбежно начинают слушать друг друга (а иногда и слышать), возможны. А это уже лучше, чем диалог глухих.

Автор Андрей Липский, зам. главного редактора

https://novayagazeta.ru/articles/2020/11/16/87973-rutina-vmesto-dialoga-gluhih

***

Ядерная триада остаётся ключевой гарантией военной безопасности России

Владимир Путин: С учётом военно-политических рисков страна будет и дальше заниматься модернизацией стратегических сил. На настоящий момент доля современных вооружений в стратегических ядерных силах достигла 82%.

Президент России Владимир Путин 10 ноября 2020 года в Сочи открыл 15-ю серию совещаний с руководством Министерства обороны, федеральных ведомств и предприятий оборонно-промышленного комплекса. Этот день был посвящён комплексу вопросов, относящихся к состоянию и перспективам развития российских стратегических ядерных сил.

В своем вступительном слове Владимир Путин назвал некоторые цифры, касающиеся качественного потенциала ядерной триады. Было отмечено, что с учётом военно-политических рисков страна будет и дальше заниматься модернизацией стратегических сил. На настоящий момент доля современных вооружений в стратегических ядерных силах достигла 82%. Глава государства также привёл ряд важных фактов: «На боевое дежурство заступил первый полк, оснащённый гиперзвуковым ракетным комплексом «Авангард». Порядка половины соединений РВСН получили новейшие комплексы «ЯРС». По графику идёт испытание межконтинентальной баллистической ракеты «Сармат». А в состав ВМФ введена головная подводная лодка нового проекта «Борей-А».

Следует заметить, что на Ракетные войска стратегического назначения — на наземную компоненту ядерной триады — приходится 60% от общего количества носителей и боевых зарядов. По открытым данным, уровень современности вооружений в РВСН на 24 декабря 2019 года превышал 76%. К 2022 году этот показатель должен достичь 92%, а к 2024 году — 100%.

Остановимся на планах модернизации наземной компоненты стратегических ядерных сил России подробнее. Общая схема обновления потенциала следующая: ракетные комплексы стационарного (шахтного) базирования «Воевода», «Стилет», «Тополь-М», стоящие на вооружении, будут заменены на комплексы «ЯРС», «Авангард» и «Сармат». А все подвижные грунтовые ракетные комплексы (ПГРК) «Тополь» и «Тополь-М» — на «ЯРС».

Начнём с перспективного образца — ракетного комплекса РС-28 «Сармат». Он представляет собой тяжёлую жидкостную межконтинентальную баллистическую ракету. «Сармат» способен нести до десяти боевых блоков в ядерном оснащении. Максимальная дальность полёта МБР составляет 18 тысяч километров, масса полезной нагрузки — до 10 тонн. Стартовая масса самой ракеты — 208,1 тонны. По состоянию на данный момент бросковые испытания этой МБР завершены, лётные испытания запланированы на 2021 год. Ожидается, что серийное производство начнётся до конца 2021 года. Пока всё идёт по расписанию.

Новый вид межконтинентального стратегического оружия, речь идёт о ракетном комплексе «Авангард», стоит на вооружении с декабря 2019 года. Развёрнуты две шахтные пусковые установки. В качестве носителя в ракетном комплексе «Авангард» используется баллистическая ракета УР-100Н УТТХ. Каждая ракета оснащается одним планирующим гиперзвуковым боевым блоком 15Ю71. Скорость планирующего боевого блока в 20 раз превышает скорость звука, т. е. равна 20 Махам. По словам российского вице-премьера Юрия Борисова, изменение траектории движения гиперзвукового боевого блока обесценивает все усилия США по разработке системы противоракетной обороны, т. к. нет возможности спрогнозировать, в каком месте пространства будет блок и куда следует направить противоракету.

Всего к 2027 году запланировано развернуть два полка «Авангардов», в каждом из которых будет по 6 стационарных пусковых установок. Министр обороны РФ Сергей Шойгу на селекторном совещании 13 октября 2020 года сообщил, что в Оренбургском соединении РВСН до конца 2020 года будет подготовлена инфраструктура для развертывания ещё двух ракетных комплексов «Авангард». Таким образом, потенциально к Новому году на боевом дежурстве будет стоять уже четыре «Авангарда». Это отличный новогодний подарок всем врагам нашей Родины.

Теперь посмотрим на ракетный комплекс РС-24 «ЯРС». Это уникальный комплекс. Его боевое развёртывание идёт как в стационарном варианте, так и в мобильном — варианте подвижного грунтового ракетного комплекса. Максимальная дальность полёта трёхступенчатой межконтинентальной баллистической ракеты «ЯРС» составляет 11−12 тысяч километров. У её предшественника «Тополь-М» — моноблочная головная часть, а у ракеты «ЯРС» — разделяющаяся головная часть с блоками индивидуального наведения различной компоновки. Она включает от трёх до шести боевых блоков мощностью от 150 до 300 килотонн каждый. Стартовый вес ракеты составляет 47−50 тонн, длина — 23 метра, диаметр — около двух метров. Вероятное отклонение боевого блока от цели в пределах 150 метров. Кстати, МБР «Булава» морского базирования, которой оснащаются атомные подводные ракетоносцы классов «Борей» и «Борей-А», также унифицирована с ракетой «ЯРС» по отдельным элементам и техническим решениям.

По РС-24 «ЯРС» возможен ещё один вариант развёртывания. Речь идёт о перспективном боевом железнодорожном ракетном комплексе (БЖРК) «Баргузин». Эта программа разрабатывалась с 2012-го по декабрь 2017 года, до переброски финансирования на другие, более приоритетные направления. Проект предполагал постановку на вооружение пяти составов, по шесть межконтинентальных баллистических ракет в каждом. Всего получалось 30 пусковых установок. Следует заметить, что предшественника «Баргузина» БЖРК «Молодец» американцы за скрытность прозвали «Ядерным призраком». Они оценивали вероятность уничтожения такого комплекса не более чем в 10%.

По словам генерального конструктора Московского института теплотехники (МИТ) Юрия Соломонова, который разрабатывал РС-24 «ЯРС» и БЖРК «Баргузин», если Министерством обороны России «будет принято решение по возобновлению работ, мы готовы продолжить их». По экспертным оценкам, в данном случае понадобится около трёх лет, чтобы поставить БЖРК «Баргузин» на вооружение. Интересная деталь. Аббревиатура «ЯРС» расшифровывается как «Ядерная ракета сдерживания». Однако есть версия, что она может расшифровываться и как «Ядерная ракета Соломонова». Подведём итоги. Юрий Соломонов однозначно отметил, что в части, касающейся Московского института теплотехники, «перевооружение РВСН идет блестяще». Он также добавил: «Думаю, всё движется к тому, что через три года, к 2024 году, произойдет полное обновление старой группировки на новые ракетные комплексы «ЯРС».

Уместно в качестве вывода привести слова президента России Владимира Путина на совещании 10 ноября 2020 года: «Подчеркну, несмотря на меняющийся характер военных угроз, именно ядерная триада остаётся важнейшей, ключевой гарантией военной безопасности России. А если смотреть шире, то и глобальной стабильности. Сохранение такого баланса сил сводит на нет угрозу крупномасштабного военного конфликта, по сути, делает бессмысленными любые попытки шантажа или давления в отношении нашей страны».

Автор Владимир Васильев

https://regnum.ru/news/polit/3124836.html


About the author
[-]

Author: Андрей Липский, Владимир Васильев

Source: novayagazeta.ru

Added:   venjamin.tolstonog


Date: 30.11.2020. Views: 44

zagluwka
advanced
Submit
Back to homepage
Beta