Как обеспечить экономическую защиту страны, эквивалентную ядерному потенциалу

Information
[-]

Валютно-финансовая многоконтурность

Подавляющее большинство отечественных и зарубежных экспертов с редким для иных случаев единодушием сходятся во мнении, что мировая финансовая система находится в глубоком кризисе, из которого каждая страна ищет свой выход.

Кризис этот за последние 10–15 лет приобрел, по сути, перманентный характер, периодически инициируясь разного рода привходящими обстоятельствами – то ипотечным дефолтом в США, то ценовой лихорадкой на рынке нефти, то глобальной коронавирусной паникой. Понятно, что современная гибридная война – это не столько ракеты и подлодки, сколько экономика и идеология, а оружие в ней – адекватные социально-экономические институты, и особенно те институты, в которых финансовая составляющая играет приоритетную роль.

Практика и статистика показывают, что отечественная экономика, будучи глубоко интегрированной в мировую финансово-экономическую систему, не просто не справляется с внешними кризисными угрозами, но несет от них потери, превышающие среднемировые по основным макроэкономическим показателям. Этому можно назвать много причин, но, наш взгляд, следует выделить главное. Мы имеем открытую «всем ветрам», навязанную нам как релевантную рыночным реформам еще в 1990-е годы одноконтурную, незащищенную, периферийную финансовую систему. В ней мы играем в игру под названием «международные валютно-финансовые отношения» по чужим правилам. Наши западные «партнеры» не только устанавливают эти правила, но и оставляют за собой право этих правил в отдельных случаях не придерживаться. Сами, заливая внутренние кризисы триллионными долларовыми эмиссиями, они устанавливают нам в более или менее рекомендательно-принудительной форме разного рода ограничения, «табу» и «таргеты», подрывающие не только эффективность, но даже суверенитет внутренних антикризисных мероприятий.

Очевидно, нужен механизм защиты. Широкой общественности даже понятен общий принцип, который должен быть положен в его основу, – принцип валютно-финансовой многоконтурности. Терминологически он уже введен в общественно-политический дискурс и широко обсуждается в медиапространстве. Однако трактовка понятия настолько разнится у разных спикеров, а порой настолько отдаляется от его подлинного научного содержания, что возникает реальная опасность выхолащивания смысла и, как это часто бывает, провала всего перспективного начинания.

Советский опыт

Для выяснения истинной сути многоконтурности обратимся к недавней советской истории. Среднестатистический житель СССР был совершенно безразличен к биржевым сводкам с мировых финансовых рынков, к колебаниям цен барреля нефти и даже к котировочному соотношению пары доллар / швейцарский франк. Проблемы влияния внешнеэкономических катаклизмов на личное благосостояние советского человека просто не существовало. Он твердо знал, что западный мир находится в состоянии перманентного системного кризиса, что 1 руб. соответствует примерно 1 г золота и обеспечивается всем достоянием страны, а государственный банк не только «таргетирует» инфляцию, но является полномочным государственным оператором всей системы финансовых отношений внутри страны и за рубежом.

В чем же причина такого безразличия? Может быть, виноват железный занавес как фактор не только информационной, политической, но и экономической изоляции? А может быть, навязанная тоталитарной властью и военно-революционными лихолетьями привычка населения терпеть всякого рода лишения и молчать? А может быть, все вместе плюс еще что-то?

Простой здравый смысл подсказывает, что причина кроется в некоей особенной форме организации государственной финансовой системы, которая прежде всего выполняет свои основные функции – финансирование потребительских, инвестиционных, государственных и внешнеэкономических расходов, а во-вторых, обеспечивает приемлемый (целевой) уровень собственной устойчивости, максимальным образом ограждающий население от внешних и внутренних макроэкономических шоков.

Чтобы понять принципы функционирования такой системы, определим ключевое понятие «финансовый контур». Поскольку в плановой экономике все средства производства находятся в исключительной собственности государства, население в подавляющем своем большинстве живет на зарплату. Получив в кассе своего предприятия честно заработанный живой бумажный рубль, человек несет его в магазин в обмен на потребительские товары, затем этот же самый рубль через инкассацию попадает в государственный банк и опять возвращается в кассу предприятия. Круг замыкается. Этот кругооборот наличности на потребительском рынке представляет собой первый контур государственной финансовый системы. При этом, поскольку рынок средств производства для населения был закрыт, наш наличный рубль ни при каких обстоятельствах не мог перейти из потребительской в инвестиционную сферу, то есть превратиться в доступный населению безналичный рубль, также было невозможно и его обратное движение.

Для реализации и обслуживания задач инвестиционного сектора существовал второй – безналичный – контур государственной финансовой системы. Данный контур окончательно сформировался к середине 1930-х годов и был изначально ориентирован на решение амбициозных планов ускоренной индустриализации, опирающейся практически полностью на внутренние – в том числе финансовые – ресурсы.

Потребность в финансировании масштабных капитальных вложений для индустриализации актуализировала известную с глубокой древности фиатную (декретную) форму денег, отвязанную от сдерживающего экономический рост золотого якоря. А поскольку все социально-экономические отношения были включены в систему единого государственного планирования и регулирования, то общая сбалансированность экономики поддерживалась планово-директивными и политическими (властно-распорядительными) инструментами. Кругооборот безналичных денежных средств в данном контуре напрямую привязан к движению реальных инвестиционных ресурсов, а деньги преимущественно выполняли функцию меры стоимости, то есть информационную, учетно-распределительную и оценочную функцию.

При этом удавалось эффективно нейтрализовать главную угрозу фиатной эмиссионной экспансии – инфляционное давление на экономику. Этому способствовала плановая балансировка прироста денежной массы и реального экономического роста (достигавшего порой немыслимых ныне 12–15% в годовом исчислении). Жесткое директивное ценообразование и плановое государственное регулирование операционных «шлюзов» обеспечивали взаимодействие потребительского (наличного) и инвестиционного (безналичного) контуров финансовой системы.

«Какая валюта у вас?» – говорят

Вспомним, что не в столь уж и далекие времена, когда шло «соревнование двух систем», взаимоотношения с внешним миром разделялись на взаимоотношения со странами социалистического лагеря, с капстранами и с занимавшими промежуточное положение – неприсоединившимися – странами третьего мира. Организация финансовой системы стран Совета экономической взаимопомощи (СЭВ) имела важную особенность, на которую сегодня следует обратить самое пристальное внимание, – она базировалась на пропорциональном соединении фиатных и материально-залоговых принципов. Денежной единицей выступал так называемый (безналичный) переводной рубль, эмитентом которого выступал СССР и который обращался в собственном замкнутом контуре. При взаимодействии с платежными средствами других контуров переводной рубль оценивался по паритетно-покупательной способности к монетарному золоту, и в финансовый оборот переводился по фиксированному (не рыночному) курсу обмена на золото: 1 руб. = 0,987412 г золота.

Экономическое взаимодействие с капстранами и странами третьего мира осуществлялось уже по правилам международной торговли и действующих валютно-финансовых механизмов, будь то золотой стандарт, долларовый стандарт или двусторонние торгово-валютные отношения. Эти механизмы составляют основу современного валютно-финансового контура, в который в настоящее время интегрированы практически все страны мира, включая Россию. Но это еще не все. Контур обращения наличных денег, обслуживающих потребительский сектор, связанный с внешним миром, также присутствовал в советской экономике. И это была не просто мягкая форма изъятия валюты у населения через магазины «Торгсин» или «Березка». Существовала система обмена валюты, заработанной гражданами за границей, на специальные чеки (сертификаты) Внешпосылторга и Внешторгбанка, которые можно было отоварить в сети специальных магазинов на территории СССР.

Таким образом, в советской системе в общей сложности можно при желании насчитать как минимум пять одновременно функционирующих скоординированных финансовых контуров. Между этими контурами, попарно и в комплексе, существовал планово-управляемый механизм сцепления-размыкания, насыщения-стерилизации, запрета-разрешения, который в разные периоды с большей или меньшей эффективностью защищал экономику и население от упомянутых перманентных кризисов «мирового капитализма».

Обновленное платежное средство

Таким образом, приведенный пример позволяет выделить по крайней мере три таксономические трактовки принципа многоконтурности валютно-финансовой системы, а именно – внешний и внутренний контур, наличный и безналичный контур (вариант – инвестиционный и потребительский), фиатный и дуальный контур.

Советскую финансовую систему уже не вернешь, так как не вернешь ее необходимейшее институциональное условие – директивное планирование экономики как единого народнохозяйственного комплекса. К тому же в последние годы своего существования она в силу разных причин потеряла свою эффективность и нуждалась в реформировании, например, по китайскому образцу. Но двухконтурную финансовую систему создать можно и нужно, более того, остро необходимо!

Сегодня главное разграничение, сцепляемо-расцепляемый «водораздел» финансовых контуров должен проходить не по линии наличность/безналичность, а по линиям внешний/внутренний оборот, а также фиатные деньги / дуальная обеспеченность платежных средств. Это означает, что двух- и многоконтурная система должна актуализироваться по дублирующему и/или по кумулятивному правилу – мы не ломаем, но совершенствуем существующий порядок.

Эмиссия денежных средств, равно как и другие процедуры и акции кредитно-денежной политики, должны быть напрямую увязаны с потребностями развития национальной экономики в рамках общей системы государственного целевого стратегического планирования, при этом регулирующие формы воздействия на экономику должны сочетаться с рыночными формами и методами. Приоритетному таргетированию подлежат показатели реального сектора (например, занятость и экономический рост), а также показатели устойчивости и безопасности, представленные не только в стоимостной, но и в натурально-вещественной форме.

Обновленное национальное платежное средство должно обладать свойством дуальности. То есть наряду с декретируемой государством вмененной способностью выступать номинальным платежным средством на всей территории страны, оно должно обладать реальной внутренней ценностью. Алгоритм и правила обращения и обмена (клиринга) национальных и наднациональных платежных средств должны базироваться на материально-залоговом принципе в котировочном сопоставлении с обращающимися фиатными деньгами.

Обеспечивающая (залоговая) часть финансовой системы должна опираться на совокупность собственных ресурсов или на ресурсы стран-союзников. Необходимо строить новую систему на базе самых современных алгоритмических и информационных технологий (типа блокчейн), которые открывают уникальные технологические, информационные и управленческие возможности применительно к финансовой сфере.

Товарный жгут

Рассмотрим подробнее ключевой третий принцип. Итак, основная теоретическая и технологическая проблема построения двухконтурной финансовой системы состоит в обосновании и организации синтеза, соединения в единый механизм двух антиномически противоположных начал – денег, основанных на государственной власти, и денег, обладающих внутренней ценностью.

Современная мировая финансово-экономическая система позднего капитализма стоит на двух китах – фиатных деньгах и кредите. Отход от золотого стандарта и широкое внедрение фиатных денег в Европе и США наблюдается после Первой мировой войны для решения проблемы финансирования восстановления экономики, а в СССР, как мы видели, – для решения задач индустриализации. Полная победа фиата, его закрепление и институализация в известных международных соглашениях происходит уже после Второй мировой войны.

Фиатные деньги сыграли и играют в современной экономике роль огромной важности, решая задачи организации целеобусловленного управления экономическим развитием, а также «парирования эксцессов» этого развития. Благодаря фиатным деньгам современная экономика, по сути, и создана, ими финансируются, например, крупные макроэкономические проекты, фундаментальная наука и научно-технический прогресс, современная социальная сфера, национальная оборона и т.д. Но они имеют и серьезные родовые недостатки, коренящиеся в самой их природе, которые, вырвавшись наружу, способны произвести необратимые разрушительные эффекты. Именно поэтому необходимо разработать и внедрить модель финансового контура, основанную на принципе собственной товарно-материальной обеспеченности.

Такая модель уже есть, и она была разработана отечественными учеными! Теоретическая модель двухконтурной валютно-финансовой системы стала результатом 10-летней кропотливой работы группы ученых Национального института развития Отделения общественных наук РАН под руководством М.И. Гельвановского и М.А. Минченкова. Суть ее состоит в следующем. Существующая мировая валютно-финансовая система оперирует финансовыми инструментами, обеспечение которых – золотовалютные резервы (ЗВР) центральных банков разных стран, создаваемые по инструкциям и регламентам, утвержденным Банком международных расчетов. Однако такая система в значительной мере устарела и не способна решить многие проблемы, связанные, например, с вопиющей диспропорцией между предъявительским объемом золота, долларовой денежной массой, находящейся в мировом товаро-финансовом обороте, и оборотом деривативов по мировому финансовому рынку.

Решение вопроса лежит в плоскости создания товаро-валютных резервов, формируемых по принципу дуальности, то есть способных выполнять как денежные, так и залогово-обеспечивающие функции. Математически можно обосновать формирование некоей совокупности товаров (товарного кластера, или «жгута»), сгруппированных по признаку незначительности взаимных отклонений их средних релятивных цен относительно динамики цен некоего базового товара, например монетарного золота. На кластере с монетарным золотом в качестве якорного товара можно создать искусственный (виртуальный) финансовый инструмент, условно называемый «расчетное золото» (calculated gold).

Модельные расчеты показали, что если задать некую допустимую величину отклонений, то устойчивые соотношения динамики цен кластеризируемых товаров к цене золота выявляются у целого ряда товаров, которые в совокупности могут составлять основу «товарного жгута». На базе этих товаров возможно построение финансового инструмента нового типа, который будет обладать всеми функциями денег.

Расчеты показали, что к таким товарам могут относиться, например, серебро, кукуруза, хлопок, сахар, алюминий, медь и др. На базе динамики цен данного товарного жгута может быть рассчитан глобальный индекс устойчивости, названный учеными НИР РАН «МВЗ-индекс». Этот индекс через систему дуальных коэффициентов непосредственно связан с ценой монетарного золота и, следовательно, способен реализовывать его финансово-экономический функционал.

Необходимость расширения золотовалютных резервов за счет дуальных товаров и формирование на них товаро-валютных резервов – это реальный путь дедолларизации российской экономики и построения системы международных расчетов, уменьшающих роль доллара в системе международного обмена. Сбалансировать систему можно с помощью финансового резервного контура, в основу которого положен принцип генерации инвестиционных ресурсов на основе товаро-валютных резервов. Взаимосвязь между товаро-валютными резервами и золотовалютными резервами может быть осуществлена путем секьюритизации, использующей принцип клиринга неэмиссионных ценных бумаг в эмиссионные.

Таким образом, создание товаро-валютных резервов и формирование на их основе резервного финансового контура может реально противодействовать вызовам и угрозам мировой валютно-финансовой системы, порождающим катастрофические ущербы для экономики Российской Федерации, а также успешно решать задачи по обеспечению устойчивого развития финансовой системы. К сожалению, исследования АНО «Национальный институт развития» в нулевые годы не вызвали большого интереса у органов финансового управления, так как страна получила достаточно денег от высоких цен на энергоносители и даже провозгласила себя суперэнергодержавой. Но после этого случился кризис 2008–2009 годов, а потом был 2014 год и санкции, другие способы воздействия на нашу экономику.

Первым крупным государственным чиновником, заинтересовавшимся теоретическими разработками НИР РАН, был председатель комитета по бюджету и финансовым рынкам Совета Федерации Федерального собрания Сергей Рябухин. Он провел в комитете ряд презентаций с участием специалистов разного уровня из многих финансовых структур страны – Минфина, Центробанка, правительства РФ и др. Во всех обсуждениях не было высказано существенных замечаний по предлагаемой модели. Рябухин обратился в Совет безопасности РФ, где прошло несколько заседаний с участием Сергея Вахрукова – бывшего губернатора Ярославской области – и с высоким уровнем представительства финансовых групп Российской Федерации.

В целом, как мы видим, значимость данного направления уже осознана многими ответственными людьми, способными принимать соответствующие управленческие решения. Однако на очереди дальнейшие шаги по практическому внедрению двухконтурной финансовой системы – имитационный эксперимент, возможная локальная апробация и другие практические шаги, требующие значительных трудовых и материальных затрат. Хотелось бы надеяться, что промедление в реализации данного проекта не будет настолько критичным, что поставит нас перед лицом катастрофических угроз современного мирового кризисного противостояния.

Авторы Владимир Волков, Дмитрий Земляков

https://www.ng.ru/ideas/2020-12-23/7_8047_protection.html

***

Приложение. Взлёты и падения: каким будет 2021 год для рубля

Что будет с рублём и почему президентство Байдена сулит России неприятности — новый обзор по валютному прогнозу от финансового аналитика.

Несмотря на восстановление мировой экономики, рост нефти и восстановление цен на неё — увы, стоимость рубля хоть и немного окрепла с начала 2021 года, в целом говорить о хорошем позитиве пока не приходится. Рубль нашёл область баланса в диапазоне 74−73 рубля за один доллар и долгое время торгуется в данном диапазоне. Данная ситуация указывает на отсутствие веры в национальную валюту со стороны инвесторов, что, конечно, сказывается на цене.

В первом полугодии факторами, которые хорошо повлияют на стоимость рубля — окажутся последующее восстановление экономики и бурный рост стоимости нефти. Предприятия покупают сырьё в расчёте на дальнейшее восстановление спроса на фоне снятия ограничительных мер. Кроме того, всемирная вакцинация, которая только набирает обороты, так же окажет наибольшее влияние на стоимость рубля. Трудно сказать, что окажется важнее — вакцинация или стоимость нефти. Скорее, здесь всё по совокупности. При этом самым лучшим «месяцем» для рубля окажется период с марта по май — это конец налогового периода, и ожидаемо, что в данные месяцы мы увидим рост по рублю. Самым лучшим месяцем может стать апрель — конец налогового периода.

Главными налоговыми фаворитами станут сталелитейные компании — Северсталь, Магнитогорский меткомбинат, Новолипецкий меткомбинат и другие. Сталь находится на исторических максимумах, а за счёт грамотных действий правительства и отсутствия ограничений на добычу руды в момент пандемии прибыль компаний бьёт рекорды на фоне восстановления спроса, отсутствия конкуренции и исторических максимумов. Кроме того, сами компании закрыли 2020 год в хорошем плюсе — выросли не только ценные бумаги, но и само производство.

Плюсом для начала года может служить и размещение гособлигаций с хорошими ставками. Всё это, безусловно, привлечёт рынки капитала в страну. Правда, этот плюс не стоит переоценивать. С 2021 года начинает действовать новый налог на купонный доход по облигациям. Несмотря на то, что налог не обещает сильно ударить, в целом он может вносить искажения в ожидания инвесторов и немного убрать позитив в этой части рынка.

Однако на этом, увы, позитив кончается. Самым главным негативным фактором может послужить дальнейшее серьёзное санкционное давление со стороны США. Новый президент США для России сулит одни неприятности. Демократы, в отличие от республиканцев, традиционно ведут жёсткую риторику в отношении России, и от Байдена ожидают дальнейшего сохранения традиций. Хотя Байден в целом не может единолично принять серьёзные санкции в отношении России, в целом это так или иначе прослеживалось в его предвыборной программе неоднократно, и, очевидно, он будет делать шаги в сторону санкционного давления. Как следствие, возросшие политические риски способны ещё больше укрепить неверие инвесторов в национальную валюту и существенно повлиять на дальнейшие ожидания.

Санкционное давление начнёт увеличиваться сразу после вступления в должность президента Байдена, при этом если в первой половине полугодия данные риски могут быть нивелированы позитивом с вакциной и налоговым периодом, то во второй половине полугодия указанные риски будут доминантными и способны установить умерено негативный фон на рынках. В условиях умеренно негативного фона на рынках и отсутствия хороших позитивных событий, увы, после частичного укрепления на налоговом периоде можно ожидать последующий спад укрепления. При этом в целом на рынках не стоит ожидать сильного укрепление рубля.

Автор Артем Звездин

https://regnum.ru/news/economy/3169685.html


About the author
[-]

Author: Владимир Волков, Дмитрий Земляков, Артем Звездин

Source: ng.ru

Added:   venjamin.tolstonog


Date: 30.01.2021. Views: 39

zagluwka
advanced
Submit
Back to homepage
Beta